Александр Яворский Волна перевооружений и модернизации вооруженных сил, поднявшаяся в последнее время в странах Азиатско-Тихоокеанского региона, достигла и такого удаленного континента, как Австралия.

Несмотря на свое географическое положение, эта страна уже давно взяла на себя ответственность за соблюдение в регионе интересов США и Великобритании путем объединения усилий в рамках военных блоков АНЗЮС (США, Австралия и Новая Зеландия) и АНЗЮК (Великобритания, Австралия, Новая Зеландия, Малайзия и Сингапур). Именно Австралия в 1971 г. выступила инициатором создания последнего в составе стран Британского содружества.

В 1976 г., спустя некоторое время после безусловной победы Индии в индо-пакистанской войне, в результате которой образовалось независимое государство Бангладеш, Австралия и Новая Зеландия одобрили предложение США о включении Индийского океана в зону ответственности блока АНЗЮС и обязались выделять силы и средства национальных ВВС и ВМС для совместного с США патрулирования этого района.

Во время возникновения кризисных ситуаций и вооруженных конфликтов с участием США и других западных союзников Австралия оказывала им прямую военную поддержку. Этот исторический опыт показывает, что она и в дальнейшем будет принимать активное участие в любых региональных конфликтах, если они будут связаны с интересами ее основных партнеров — Великобритании и США, независимо от того, будут ли эти конфликты затрагивать интересы безопасности самой Австралии или нет, не говоря уже о вариантах прямой угрозы ей.

Особая уязвимость Австралии в случае возникновения вооруженного конфликта заключается в блокировании противником морских путей, что повлечет за собой резкое снижение потребного товарооборота. Развитие конфликта в сторону Индонезийских островов неизбежно создаст прямую угрозу Австралии. Руководство страны продолжает рассматривать в качестве “зоны своих прямых интересов” обширные районы к югу от континентальной части Юго-Восточной Азии, а также акватории к востоку от австралийского континента, охватывающие островные государства Океании.

В основе взглядов Австралии на строительство и боевое применение национальных вооруженных сил остается принятая в 1987 г. “стратегия сдерживания”, предусматривающая отражение агрессии “низкого уровня”, под которой понимается нападение регионального противника без участия вооруженных сил сверхдержав. Предполагается реализация концепции “передовой обороны”, суть которой сводится к нанесению поражения основным силам противника на подходах к австралийскому континенту и предотвращению тем самым возможности его вторжения.

Разработчики планов переоснащения вооруженных сил Австралии считают, что в течение почти 15 следующих лет страна сконцентрирует свои ресурсы не на приобретении истребителей и ударных самолетов нового поколения, а на средствах электронной оснащенности, позволяющих расширить возможности наблюдения пространства. С их стороны существует определенный нажим на ВВС с тем, чтобы они до 2015-2020 гг. использовали возможности усовершенствования своих самолетов F-111, F/A-18 и Р-3 в части применения на них более совершенных датчиков для наблюдения и разведки.

ВВС Австралии испытывают определенное недовольство в связи с эксплуатацией самолетов F-111C и F/A-18. Последний имеет низкие показатели по критерию “полезная нагрузка — дальность полета”. Для компенсации этого недостатка приходится постоянно летать с ПТБ, занимая ими точки подвески для размещения дополнительного оружия, использовать самолеты для дозаправки топливом в полете, а также действовать только с аэродромов передового базирования, расположенных на северном побережье континента.

Необходимость замены самолетов F/A-18 диктуется также стоимостью модернизации их парка, которая оказалась выше, чем ожидалось ранее. Самолет для замены должен иметь большую, чем у F/A-18, дальность полета. Новый самолет должен иметь боевой радиус действия 1800 км для выполнения задачи дальнего сопровождения самолетов F-111C, быть многоцелевым и способным применять управляемое оружие с точным наведением, а также крупные УР, запускаемые вне пределов досягаемости противника.

Наличие на вооружении самолетов F-111C сами руководители ВВС объясняют отсутствием альтернатив для его замены, что приводит к значительным затратам на поддержание парка, усовершенствование электронного оборудования и его модернизацию в целях применения оружия без входа в зону ПВО противника.

В период 2015-2020 гг. предполагается замена трех типов самолетов: F-111, F/A-18 и транспортного самолета “Карибу”. Существуют два варианта замены первых двух типов: замена одним новым самолетом обоих имеющихся или же приобретение двух новых типов самолетов. Первый вариант является более предпочтительным, однако руководство ВВС не совсем уверено в возможности его реализации. В конечном итоге ВВС склонны примириться с не очень большой дальностью полета нового самолета, компенсируя этот недостаток дозаправкой в воздухе.

В качестве возможных кандидатов для замены рассматриваются самолеты F-15C/E, EF-2000, F/A-18E/F, “Рафаль” и в отдаленной перспективе — F-22. Австралия проявляет также интерес к разработке США многоцелевого истребителя — самолета вертикального/короткого взлета и посадки (СВ/КВП) по программе JSF.

Сложившаяся мировая практика процедуры поиска возможных кандидатов (своего рода “bon ton” — хорошие манеры) предусматривает обращение за предложениями ко всем возможным поставщикам, которые располагают вооружениями и военной техникой с высокими техническими показателями, независимо от действительного желания приобретения эту технику у них. Никогда не помешает таким образом уточнить отдельные тактико-технические характеристики оружия, с которым возможно придется иметь дело со стороны потенциального противника, а также вероятные пределы его совершенствования. Значительный интерес имеет также и пакет других предложений.

Именно в рамках возможных предложений 1- 2 октября 1998 г. Австралию посетила с кратковременным визитом делегация российского военно-промышленного комплекса из 12 человек, в которую вошли представители ГК “Росвооружение”, КБ и заводов-производителей оборонной продукции. В ходе двухдневной презентации военной техники делегация представила свои предложения по самолетам на базе МиГ-29 и Су-27, а также по ряду систем ПВО. Делегацию принял начальник штаба ВВС Австралии, маршал авиации Эррол Маккормак.

Дебют компании “Росвооружение” на австралийском рынке состоялся не так давно, в феврале 1997 г., на Международном аэрокосмическом салоне (ASDU), который проводится раз в два года в Авалоне, неподалеку от Мельбурна. Австралии предлагались самолеты ОКБ Сухого, гидросамолеты Бе-103 для тушения лесных пожаров и С-80ГП, системы ПВО “Тунгуска” и “Бук-М1”, подводные лодки класса “Кило”, “Амур” и многое другое. На стенде “Росвооружения” была выставлена модель самолета Су-30К с мощным ракетным вооружением для воздушного боя.

Истребитель-бомбардировщик  F-111C ВВС  Австралии в полете  с крылом в положе-  нии минимальной  стреловидностиНа этот раз Австралии было сделано комплексное предложение по усилению системы национальной воздушной обороны за счет интеграции в нее смешанного парка тяжелых и легких истребителей на базе Су-27 и МиГ-29, а также средств ПВО.

По сообщению одного из аналитиков компании, это предложение было основано на результатах оперативно-тактического и компьютерного моделирования, показавших, что с учетом специфики боевых задач, физико-географических и природно-климатических условий Австралии оптимальное соотношение легких и тяжелых истребителей в группировке боевых самолетов этой страны может составлять 60-70% к 30-40%. При решении оптимизационной задачи предпочтение отдавалось более дешевым самолетам при равной боевой эффективности рассматриваемых летательных аппаратов.

По мнению экспертов из “Росвооружения”, предлагаемые для замены стареющих боевых самолетов F-111C и F/A-18 современные многоцелевые истребители на базе Су-27 и модернизированного МиГ-29 способны обеспечить эффективное решение боевых задач, в том числе на значительных удалениях от материка, охрану морского побережья и защиту экономических интересов страны. При принятии на вооружение предлагаемых истребителей, по оценке экспертов, оперативные возможности боевой авиации ВВС Австралии возрастут примерно в два раза.

Оперативные возможности группировки самолетов Су-27/МиГ-29 по сравнению с F-111C/F/A-18 выше в 1,3 — 1,5 раза при уничтожении наземных (надводных) целей и в 2-2,5 раза — при поражении воздушных целей. При этом маневренные характеристики и возможности применения оружия для воздушного боя на самолете F-111C не идут ни в какое сравнение с предлагаемыми самолетами. Существенно увеличатся также возможности группировки Су-27/МиГ-29 при действиях на большом удалении от аэродромов базирования.

Российское предложение также выгодно с учетом критерия “стоимость-эффективность”. Расходы на закупку аналогичного количества западных самолетов F-15C, “Рафаль”, “Еврофайтер” и F-22 будут в 2-2,6 раза выше. При этом по боевой эффективности группировка, состоящая из западных самолетов, будет сопоставима (или даже проигрывать) с аналогичной группировкой российских самолетов.

Согласно расчетам наших экспертов, закупка Австралией тяжелых и легких российских истребителей вместо принятия на вооружение только тяжелых истребителей может обеспечить дополнительную экономию средств на закупку и эксплуатацию смешанного парка примерно на 17-22%. Если затраты на закупку и содержание смешанной группировки на базе самолетов Су-27/МиГ-29 принять за 1,0, то для парка истребителей F-15C/EF-2000 они составят 2,1, а для F-22/EF-2000 — 2,6. При этом последние модификации российских истребителей превосходят по техническому совершенству разрабатываемые в настоящее время европейские самолеты “Рафаль” и EF-2000.

На сегодняшний день явно существуют несколько сдерживающих факторов в вопросе приобретения американского перспективного истребителя F-22: самолет еще находится на стадии разработки, и первые его поставки (не ранее 2003-2005 гг.) будут для ВВС США; пока не ясно, насколько его боевые возможности будут превышать уровень современных самолетов и сопоставим ли уровень цен на самолет с ожидаемым увеличением его боевой эффективности; большая стоимость самолета предполагает его ограниченное боевое применение. Впрочем, все эти факторы вряд ли смогут удержать желающих приобрести его по политическим или иным причинам.

Российская сторона считает, что предлагаемые истребители на базе Су-27/МиГ-29 могут без существенных затрат совместно эксплуатироваться с западными и другими самолетами с применением западных технических средств авиационной инфраструктуры. Примеров тому достаточно — МиГ-29 и F/A-18 в Малайзии, МиГ-29 и “Торнадо” в Германии, МиГ-29/Су-30 и “Мираж 2000” в Индии и проч.

В части вооружения российских самолетов отечественными управляемыми средствами поражения предлагаются: УР класса “воздух — воздух” РВВ-АЕ средней дальности полета с активной головкой самонаведения (ГСН), УР Р-73 того же класса для ведения маневренного ближнего боя, высокоскоростная ПКР Х-31А с активной радиолокационной ГСН, противорадиолокационная УР Х-31П для поражения современных ЗРК, УР Х-29Т и корректируемая авиабомба КАБ-500КР с телевизионными системами наведения для поражения высокопрочных наземных и надводных целей.

По желанию заказчика на российские истребители могут быть установлены радиоэлектронное оборудование и вооружение западных образцов. Есть и некоторые другие положительные аспекты в российском предложении.

A wave of re-armament and modernization of armed forces in the Pacific Rim has reached Australia. The country has its own specific requirements, differing from those of its neighbors. According to the weapons procurement plans for 2015-2020, the F-111 and F/A-18 tactical fighters, as well as Caribu air lifters should be replaced with new types. In October 1998 Russia submitted to Australia its proposals on new derivatives of the MiG-29 and Su-27 fighters, as well as certain surface-to-air systems.

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (проголосуйте)
Загрузка...